Глава тридцать четвёртая

Глава тридцать четвёртая

- Нет, - произнёс Кости, как я вошла в дверь. Он уже был не на диванчике, а вышагивал у входа, сверкая зелёными очами. Крохотная ухмылка изогнула мои губки. Догадываюсь, что Кости избрал превентивный удар.

- Нет что?

- Нет, ты не обменяешь себя на их, - ответил он, шагая ко мне. - Я знаю тебя Глава тридцать четвёртая очень отлично, но, хоть я и терпеть не могу саму идея оставлять Франсин и Лизу на верную погибель, если выбирать меж тобой и ними, я выбираю тебя.

Я ничего не ответила, просто прошлась по дому, задёргивая шторы. Эмоции Кости были укрыты от меня за стальной стенкой, но, судя по Глава тридцать четвёртая накалу силы в воздухе, он был готов отстаивать своё решение зубами и когтями.

Это отлично. Я и не ждала наименьшего от человека, которого обожала. Как все шторы были задернуты от всех призрачных любознательных глаз, я взяла из кухни ручку и стала писать на первом же попавшемся листке, которым оказался чек из продуктового Глава тридцать четвёртая магазина.

Крамер, вероятнее всего, подслушивает, потому продолжаем спорить.
Его хохот был маленьким, лишённым всяческого юмора.

- Без заморочек, милая, так как этого не произойдёт.

- Это так на тебя похоже: пробовать указывать мне, что делать, - произнесла я, сразу написав: Крамеру не нужен обмен, он желает, чтоб я приехала сейчас Глава тридцать четвёртая вечерком и сразилась с ним одна.

- Ты думаешь, я позволю для тебя оказаться рядом с этим призраком, когда он обретёт плоть, которая так ему нужна, чтоб изнасиловать тебя, а позже спалить живьем? - Он фыркнул. - Даже если б я не обожал тебя, я всё равно не позволил бы этому произойти Глава тридцать четвёртая.

На чеке больше не оставалось места, потому я отыскала книгу в мягеньком переплёте, которую кто-то оставил в кухне, и вырвала из неё несколько пустых страничек сначала и в конце.

Со мной его плоть будет слабостью, а не силой.

- Я сама могу о для себя позаботиться, - звучно произнесла я Глава тридцать четвёртая, что и был должен ждать от меня Крамер. - И ты мне не указ.

- Ты так неумна, что лучше умрёшь, чем внемлешь голосу рассудка?

Гнев и расстройство кутали меня из его ауры, но хотя слова его были холодны, он прочел страничку, которую я ему передала. Если он вправду имел в виду Глава тридцать четвёртая то, что произнес, его это не обеспокоит.

Отчаливай в квартиру Элизабет. Скажи ей, что Сара в сумерках повстречает меня у входа в парк Грандвью в Сиу-Сити. Она сумеет последовать за нами оттуда и сказать для тебя, где мы с Крамером. Я буду сдерживать его, пока ты туда не Глава тридцать четвёртая доберёшься. Позже доставим его к ловушке. Тот же план, что и до этого, только я приведу вас к нему, а не дамы приведут его к нам.
Крамер задумывался, что я паду жертвой собственной гордости и поэтому соглашусь повстречаться с ним один на один, но из-за того, что в угрозы Глава тридцать четвёртая оказывались ещё две невинные жизни, я желала подстраховаться. Биться справедливо он не будет, и я не собиралась быть единственной, кто будет играть по правилам.

- Это очень рискованно, и ты тоже сообразила бы это, если б не была ослеплена своим высокомерием, - резко бросил Кости.

Я не знала, играл ли он Глава тридцать четвёртая либо уже был просто не в состоянии пробить брешь в моих аргументах, потому я написала ответ на это обвинение.

Крамер последовал к Ниггеру не за Элизабет. Он следовал за моим сигналом и нашёл нас. Она уже эксперт в ускользании от него. Это сработает.

Вслух я произнесла Глава тридцать четвёртая:

- Высокомерием? Кто бы гласил, ты, кажется, думаешь, что можешь принимать все решения за меня! Я не ребёнок, Кости. Ты не можешь указывать мне, что делать, и просто ждать, что я повинуюсь.
Мне пришлось отпустить тебя 1-го, когда тебя вызвали на дуэль , написала я и тормознула, впившись в него взором Глава тридцать четвёртая. Это было катастрофически тяжело, но я сделала это.
Он выругался и пробежался рукою по волосам.

- Это не то же самое.

Моя ручка замелькала по страничке.

То же самое! И так же как и Грегор не тормознул бы, если б ты не ответил на его вызов, Крамер тоже не остановится Глава тридцать четвёртая. Он никогда не колеблется после того, как изберет цель, и никто не может прятаться от мёртвого вечно! Что, если он нападёт на меня, пока я сражаюсь с другим вурдалаком? Я буду в большей угрозы, если НЕ ПОЙДУ.

- Я не 1-ый раз встречаюсь со гибелью лицом к лицу и твёрдо Глава тридцать четвёртая надеюсь, что не последний, - произнесла я, повторяя те же слова, что он произнес мне, до того как отправиться на тот роковой поединок. – Я выбрала для себя страшную жизнь, но такая уж я есть . И это не поменялось бы, даже если б мы никогда не встречались.

Бледноватая ухмылка задела его губ Глава тридцать четвёртая, хотя аура пронзала небезопасной пульсацией движимой чувствами энергии.

- Удар ниже пояса, Котёнок.

Я встретила его пристальный взор со слабенькой ухмылкой со собственной стороны.
- Кое-кто когда-то обучил меня использовать в стычке каждый удар по нездоровому месту и ниже пояса.
Его взор был так насыщенным, что я задумалась, мог ли Глава тридцать четвёртая он каким-то образом созидать мои мысли. Это было бы полезно. Тогда он вызнал бы, что во мне гласила не гордость. Гласил опыт. Я не походила на всех других дам, которых Крамер выбирал за эти столетия. Против меня не стояла архаичная система законов, я не была оставлена Глава тридцать четвёртая друзьями и семьёй, и хоть я и была из плоти и крови, я не была человеком. Точь-в-точь как и Экзекутор не был человеком уже долгое-долгое время. Со мной Крамер наконец избрал кого-либо в собственной весовой категории.

Ранее Крамер лицезрел только, как я убегаю. Он никогда не лицезрел, что Глава тридцать четвёртая я стою на своём и борюсь. Сейчас ночкой я покажу ему, почему мир неумерших окрестил меня Рыжеватой Гибелью.
В один момент Кости схватил меня, и его рот обвалился на мой с поцелуем настолько гневным, что я ощутила кровь, когда он, в конце концов, поднял голову. Но это Глава тридцать четвёртая меня не волновало. Я слизала кровь со собственных губ с голодом, не уступающим огню его пристального взора, желая кинуть его на пол и взять так грубо, чтоб в досках остались трещинкы. Я люблю тебя , проговорила я одними губками, притягивая его голову для нового страстного и исступленного поцелуя.

Он подтолкнул мой Глава тридцать четвёртая рот вниз к собственной шейке, прижимая меня к для себя и фактически вынуждая мои клыки погрузиться в свою кожу. Я приняла его неразговорчивое требование и укусила, делая глубочайшие глотки, как потекла кровь, и не издавая стоны блаженства только поэтому, что знала, как близко мог находиться Крамер. Руки Кости Глава тридцать четвёртая двигались по мне собственнической, полной силы лаской, пока я пила, получая от этой одурманивающей воды не только лишь нужное питание, да и силу. Когда поток крови замедлился до тоненькой струйки, невзирая на то, как я втягивала её в себя, а Кости усилием воли направлял её ко мне, я тормознула, слизывая Глава тридцать четвёртая с его шейки оставшиеся следы. Я ощущала себя отяжелевшей и сытой, а мои чувства гудели от излишка удовольствия. Обычно я выпивала примерно половину того, что испила на данный момент, но я знала, почему он желал, чтоб я осушила его. Он мог заполниться опять, но как он уйдёт, я Глава тридцать четвёртая уже не смогу.

Он обхватил моё лицо руками, когда я отступила, поглядел в мои глаза и опустил щиты, позволяя собственной ауре затопить меня, вплетаясь в мои эмоции, пока я уже не смогла сказать, где завершаются мои чувства и начинаются его. По расстройству, любви, желанию и беспокойству, льющимся из него, я сообразила Глава тридцать четвёртая, что он желал заняться со мной любовью до того времени, пока никто из нас не сумеет ясно мыслить … а потом связать меня, навалить сверху томные камни и держать так, пока не встанет солнце. Интенсивность всех этих эмоций произнесла мне, что то, что он собирался сделать далее Глава тридцать четвёртая, значилось последним посреди всего, что он желал бы сделать.

- Я не буду стоять тут и слушать далее твои несуразные идеи, - произнес он. В его тоне не было ничего не считая холодности. - Хочешь погубить свою жизнь? Отлично, но ты сделаешь это без меня. Меж нами всё кончено.

Если б я не была Глава тридцать четвёртая так глубоко связана с его чувствами, эти слова раздавили бы меня. Но я улыбнулась, сжала его руки и ощутила, как переполняется моё сердечко. Он сжал мои ладошки в ответ, до того как поднести их к губам и бросить на их беззвучный, пылкий поцелуй.
Потом он отпустил меня, развернулся Глава тридцать четвёртая и вышел, хлопнув сзади себя дверцей.
Сходу после того, как из дома вылетел Кости, вошёл Ян.

Должно быть, Крамер был не единственным, кто подслушивал снаружи. Он поглядел на меня, приподнял бровь, потом подобрал одну из страничек с моими торопливо набросанными словами и прочел её.

- Потому что вы с Криспином Глава тридцать четвёртая разорвали, а мне необходимо уничтожить несколько часов, как насчёт потрахаться? - спросил он с выразительной драматичностью.

- Укуси меня, - вздохнула я, собирая листки.

Он подмигнул.

- Непременно. Это 2-ое из моих возлюбленных занятий в кровати.

Я не ответила, так как знала, что Ян несерьёзно. Он прочел довольно, чтоб осознать, что наш разрыв был инсценирован Глава тридцать четвёртая, но, поверьте, Ян не упускал шанса побыть ишаком. Позже по лестнице спустился Ниггер. Его усмотрительный взор, брошенный на меня, произнес мне, что он тоже не знал, что то, что он подслушал, было фальсифицировано. Ему уже приходилось быть очевидцем реального разрыва меж мной и Кости до этого, а позже Глава тридцать четвёртая взывать к нашему здравому смыслу, потому, вероятнее всего, на данный момент он задумывался: Твою мама, только не опять.

Я вручила ему странички и показала большой палец. Спустя несколько коротких секунд его нахмуренный взор прояснился, сменившись жестокой напряжённостью, когда он поглядел на меня. Потом он взял ручку и написал Глава тридцать четвёртая три слова на оставшемся на страничке пространстве.
Я тоже иду.

Я ничего не произнесла. После того, что Сара сделала Дениз, ни один из аргументов, приведённых мною - устно либо по другому – не отговорит его от этого.

Глава 30 5-ая

Шофер такси тормознул у обочины, и я посмотрела на видневшийся на неком Глава тридцать четвёртая расстоянии белоснежный театр на открытом воздухе, по форме напоминающий гигантскую половинку раковины.

- Вот и приехали, - забавно произнес он.

Я поглядела на счётчик и вынула из кармашка подобающую сумму.

- Спасибо, и сдачи не надо.

- Отлично. Счастливого Хэллоуина.

Я возлагала надежды, что он будет счастливым. Я вылезла из машины и некое Глава тридцать четвёртая время следила, как меркнут задние фары по мере удаления такси. Потом я поплотнее укуталась в кожаный пиджак, прислонилась к указателю и стала ожидать.

Пятнадцать минут спустя, когда небо от цвета индиго стало обсидиановым, а звёзды поменяли последние лучи солнца, подъехал глянцевый автомобиль Mercedes E-класса: марка и модель автомобиля, который Ниггер Глава тридцать четвёртая оставил Дениз. Конечно, тонированное стекло опустилось вниз, демонстрируя, что за рулём Сара: её чёрные волосы были зачёсаны вспять в таковой же серьезный пучок, который обычно носила Элизабет. Таковой стиль подчёркивал милые черты лица Элизабет, на котором не было ни намёка на мейкап. Сару он делал ещё более грубой Глава тридцать четвёртая, привлекая внимание к густым бровям, которым не помешала бы отменная корректировка, и губам, сжатым в узкую, жёсткую линию.

- Если убьёшь меня, никогда не найдёшь других дам, - были её 1-ые слова, когда я открыла дверцу.

Её мысли были той же консистенцией ужаса и ненависти на большом фоне белоснежного шума Глава тридцать четвёртая, в чём на данный момент я признала безумие. Когда мы в первый раз повстречались, я задумывалась, что это Крамер свёл её с разума. Сейчас я сообразила, что, вероятнее всего, конкретно непостоянность Сары завлекла к ней Экзекутора.

- О, я не собираюсь тебя убивать, - произнес я ей, скользнув на сидение. - Ты умрёшь Глава тридцать четвёртая сейчас ночкой, это вне сомнения, но для тебя лучше надежды, что умрёшь ты от чьей-то другой руки, а не от руки Крамера.

Её топазовый взор метнулся ко мне, но она здесь уже отвела его.

- Он произнес мне, что ты будешь врать, но я уже знала, что колдуньи не способны гласить Глава тридцать четвёртая правду.
Я темно фыркнула.

- Я не знаю, что так травмировало тебя, Сара. Может, дерьмовое воспитание, может, юноша, которого ты обожала, а он променял тебя на другую, но помнишь «Ибо какой мерой вы мерите, таковой будет отмерено и вам»? Ты скоро узнаешь, что это значит, и – вау Глава тридцать четвёртая! - ты будешь вожделеть, чтоб этого не происходило.

- Я не желаю больше слушать твою ересь, нечистое создание, - прошипела она. Позже она проехала около 100 ярдов, до того как свернуть с дороги и припарковаться на тёмном участке у обочины. Мои брови взлетели ввысь. Крамер не может быть так тупым, чтоб повстречать нас тут Глава тридцать четвёртая, так ведь?

- Это то самое место, либо ты забыла, куда ехать?

Сара взяла ключи и вышла из машины, постукивая ими по крыше нервным дробным ритмом.

- Крамер гласит, что ты полетишь со мной к нему.

Ой-ой-ой. Я не стала оглядываться по сторонам в поисках призрака, которого, как я знала, уже Глава тридцать четвёртая послал сюда Кости, но это было моим первым инстинктом. Если я полечу, Элизабет не сумеет последовать за мной, и это напрочь попортит оставшуюся часть нашего плана.
Разве Сара лицезрела, что я летаю? Нет, Кости схватил меня с той улицы и в Парк Беркута нёс нас обеих. И Крамер Глава тридцать четвёртая тоже не был должен созидать, так как, когда мы забирали Франсину, меня тоже нёс Кости. Может, он просто выслал Сару прозондировать почву.

- Не все вурдалаки могут летать. Я ещё очень молода, чтоб иметь такую силу, - произнесла я ей, не вставая со собственного сидения.

Ключи посильнее ударились по крыше.

- Ты снова Глава тридцать четвёртая лжёшь. Крамер произнес мне, что он лицезрел, как ты летала у пещеры в Огайо. Ты полетишь со мной к нему, колдунья, либо он поймёт, что ты кинула его, и те другие колдуньи заплатят за тебя.
Я стиснула зубы. Это была правда: я летала с Кости, когда Глава тридцать четвёртая мы эвакуировали маму, Тайлера и наших животных из пещеры в Огайо. Мы решили, что Крамер ушёл, так как убийство боец Мэдигана закончилось, но подлый гадёныш, должно быть, околачивался рядом и следил за нами. И, разумеется, он подозревал, что какой-либо призрак-союзник будет смотреть за мной сейчас вечерком, чтоб Глава тридцать четвёртая настоять на том, чтоб я конкретно полетела к нему, а не была привезена туда Сарой. Может, я была не права, и он не задумывался, что я ослеплена тщеславным желанием одолеть его в одиночку. Или так, или он очень осторожен, чтоб рисковать.

Когда я прибуду на место, Элизабет и Фабиану будет Глава тридцать четвёртая нужно несколько часов на то, чтоб отыскать меня, концентрируясь на моих угасающих силах. Крамер был должен знать, сколько времени на это требовалось, так что отлично осознавал, какой неплохой кусочек времени у него для работы. Чёртов призрак предпринял все меры предосторожности.

Я помыслила о том, как ослабели мои позаимствованные возможности Глава тридцать четвёртая. Потом помыслила обо всех опасностях, которые я уже перечисляла, грозящих нам, если мы не сможем одолеть Крамера как можно ранее. Должен быть метод принять вызов Крамера и не пренебречь Кости и остальными.
Сара опять заколотила по крыше.

- Я не собираюсь больше ожидать. Если ты не делаешь, как он гласит, я ухожу Глава тридцать четвёртая.

О-о, я желала поднять её высоко в небо, конечно. А потом кинуть вниз и насладиться её кликами, до того как она лепёшкой распластается по земле. Но если я заставлю Крамера ожидать ещё подольше, я была уверена, что он стремительно найдёт собственной новейшей плоти мерзкое применение. От расстройства Глава тридцать четвёртая я стиснула кулаки. Если б во мне осталось больше позаимствованных возможностей, но нет же, я застряла в финишном "искры без огня" шаге.

Хотя ... может, мои потускневшие силы ещё будут работать, если я придам им необходимое ускорение.

- Время кончилось, - холодно произнесла Сара, наклоняясь, чтоб поглядеть на меня через водительское Глава тридцать четвёртая окно.

Я вышла из машины и пожала плечами.

- Отлично, я могу летать. – Потом я оскалила зубы в ухмылке. - Но я не умею приземляться так же отлично, это настоящая правда. Так что лучше держись по пути вниз, так как наверное будет больно.

Я летела над необъятными полями, перемежающимися домами и в Глава тридцать четвёртая главном пустыми дорогами, ища ферму ПампкинТаун, про которую мне поведала Сара. Естественно, я уже пару раз могла её пропархать. Вся эта местность была сельскохозяйственной Меккой с соей, сеном и кукурузными полями, окружающими фермы, амбары и разные хранилища. На этой высоте покачивающаяся золотая нива напомнила мне о той Глава тридцать четвёртая ночи, когда Кости взял меня в полёте, и сожаление сжало гортань в комок. Кости будет так волноваться, когда Элизабет скажет ему, что я улетела на встречу с Крамером, но если он воспользуется собственной безошибочной логикой, он поймёт, что я ещё имела возможность бросить ведущий ко мне след из хлебных крошек. Хоть это Глава тридцать четвёртая и не входило в тот план, что мы с ним обсудили ранее, всё должно было как и раньше получиться. Просто придётся резать поближе, чем кому-либо из нас хотелось.
Я оттолкнула чувство вины и все уязвимые эмоции в сторону. На данный момент они мне не необходимы. Необходимы будут позднее Глава тридцать четвёртая, когда я встречусь с Крамером.

Приблизительно в миле пред нами собралось больше огней, чем обычно. Я полетела к ним, саркастически отмечая, что Сара прочно зажмурила глаза. Никакой помощи. Потом я опустилась ниже, чтоб лучше созидать, есть ли на одном из этих полей вырезанный большой лабиринт. Его Глава тридцать четвёртая было найти легче, чем находить символ, повёрнутый в сторону улицы, а не в небо. Конечно, за пределами хоровода деревьев, окружающих красочной дом, амбар, тыквенные грядки и конюшни, оказалось кукурузное поле с отчётливо вырезанным абстрактным узором. В отличие от большинства домов, над которыми я пролетела, это место подпрыгивало от активности. 10-ки автомобилей Глава тридцать четвёртая были припаркованы повдоль выровненного края поля. До меня донеслись музыка, стршные звуковые эффекты и голоса. При более пристальном рассмотрении выяснилось, что в лабиринте оказались пробирающиеся через поле одетые в костюмчики люди.
Боже мой, это было празднование Хэллоуина с семьями и детками. Лучше бы этому полю не быть местом, которое Крамер Глава тридцать четвёртая избрал для собственного страшного малеханького мероприятия.

- Открой глаза, - произнесла я, грубо встряхивая Сару. - Это тут?

Она только приоткрыла глаза в две щелочки, до того как кивнуть.

- Да. Отнеси нас на 2-ое поле на западе от лабиринта.

- На западе? Скажи лучше справа, слева, сверху либо снизу, - огрызнулась я. Отыскать Глава тридцать четвёртая необходимое место было довольно тяжело, беря во внимание, что я находилась очень высоко, чтоб узреть уличные знаки. На то, что заняло бы, вероятнее всего, только 40 минут езды на автомобиле от Грандвью Парка, у меня ушло больше часа, так как я не привыкла к навигации по эквивалентам спутниковых снимков. Я Глава тридцать четвёртая просмотрела довольно карт районов, окружающих Сиу-Сити, чтоб знать, что Оранжевый Город находится вверху и справа от него, но все мои многократные облёты не были такими вот критичными. В сей раз я потерялась.

- Ты не знаешь, где запад? - с недоверием спросила Сара.

Я не собиралась отпускать её Глава тридцать четвёртая лететь на землю. Я собиралась кинуть её туда.

- А что, похоже, что у меня интегрированный компас?

Сара махнула рукою на небо.

- Ты не можешь использовать звёзды для ориентировки?

- Мне 20 девять лет, а не двести 20 девять. Я ориентируюсь по GPS, МапКвесту либо ТомТому. Не по хреновым звёздам, ясно?

Она раздражённо вздохнула Глава тридцать четвёртая.

- Попробуй 2-ое поле справа. Если не там, пойдём, пока он нас не найдёт.

Её мысли были как и раньше очень рассеянными, чтоб найти, врёт она либо нет. Если Крамер вправду находился тут, она мне больше не нужна; но в случае, если это был некий тест, я должна была Глава тридцать четвёртая бросить её в живых. Глуповатая дама не понимала, что, убив её, я сделаю ей одолжение.
Я направилась ко второму, не истоптанному полю справа от лабиринта и спустилась ниже. Хоть люди находились наименее чем в полумиле отсюда, отсутствие света в этом месте в купе с нашей тёмной одежкой на фоне ночного Глава тридцать четвёртая неба должно было сделать нас невидимыми. Я сбавила скорость, как могла, и покатилась сразу, как свалилась на землю, отпуская Сару. Таковой вот метод приземления означал, что я убила в процессе около 10 ярдов сухой растительности, но зато ослабила удар от падения. Сара не покатилась, и пронизывающий вопль боли вырвался Глава тридцать четвёртая из её гортани, когда она упала вниз посреди стеблей кукурузы.

- Деточке бо-бо? - спросила я, подавив внутри себя желание пнуть её, пока она крючилась на земле, схватившись за щиколотку.

- Сучка, ты сломала мне щиколотку! - прокричала она.

Из-за близко раздававшейся музыки, стршных подвываний, хохота и кликов экстаза от благодушных пугалок Глава тридцать четвёртая, ни один из Хэллоуинских гуляк не услышит её. Потому я, не задумываясь, подошла, расслабленно взяла её хворую ногу в руки, а потом довольно очень дёрнула её в сторону, почувствовав, как треснула кость.

- Вот сейчас я сломала для тебя щиколотку, - произнесла я ей.

Сара завыла уже по-настоящему, но, хотя Глава тридцать четвёртая я и не волновалась о том, что нас увидят, её крики больно резали по ушам. Я прикрыла ей рот рукою.

- Перестань плакать, пока я вправду не сделала для тебя то, над чем стоило бы поплакать.
Эта древняя родительская угроза сработала. Она заглушила свои звучные рыдания и попробовала взобраться по моей руке Глава тридцать четвёртая, чтоб встать. Я раздумывала оттолкнуть её, но решила, что, если она будет прыгать и спотыкаться на одной ноге, уйдёт больше времени, чтоб добраться до Крамера, так что я позволила ей держаться за меня. Она ничего не произнесла, но её мысли были полной ненависти консистенцией безумных несвязностей и Глава тридцать четвёртая экстаза от раздумий, как я буду пылать: поначалу на земле, позже в аду.
Обворожительно.

- Или ты держишься, или я бросаю тебя, и меня не тревожит, что ты выберешь, - произнесла я и начала идти. Я не была уверена, что иду в правильном направлении, но если Крамер был тут, он мог Глава тридцать четвёртая созидать нашу аварийную посадку. Призрак знал, что необходимо было всматриваться в небо, в отличие от семей в том лабиринте и окружающей дом местности. Я не лицезрела других источников света в поле за пределами места, где проходил праздничек, так что если он и был тут, держался он неприметно.
Сара прихрамывала рядом со Глава тридцать четвёртая мной, её пальцы впивались в мою руку, а тихие всхлипывания срывались с губ с каждым ковыляющим шагом. Меж тем, кроме шелестящего картонного треска, издаваемого качающимися друг против друга тыщами сухих кукурузных стеблей, и звуков веселья с другой части фермы, я не слышала ничего, что могло бы Глава тридцать четвёртая означать, что тут находится кто-то ещё не считая нас.
Чёртов Крамер . Я ещё удивлялась, почему он избрал конкретно это место для встречи. Сейчас я знала. Я не могла сосредоточиться на всех приметных движениях, чтоб рассмотреть его, так как вокруг меня двигалось практически всё. Кукуруза была выше меня и смотрелась идиентично Глава тридцать четвёртая, так что я была не в состоянии сказать, хожу я кругами либо нет. Любые шумы поглощались природными и искусственными звуками, а все люди, что бродили по полю, не давали мне способности пропархать низковато над площадью и выискать его, Франсину и Лизу. Моё приземление, может, и не увидели, но Глава тридцать четвёртая даму, как будто летучая мышь, рассекающую воздух медлительно и довольно низковато, чтоб поймать что-то в этом большущем двигающемся холсте, увидят точно.

Вот поэтому я совершенно этого не ждала, когда испепеляющая боль пронзила мою спину. Раз, два, трижды попорядку, превращая мою грудь в расплавленное озеро агонии. Я пошатнулась, сбивая с Глава тридцать четвёртая ног Сару, закричавшую, когда я наступила на её щиколотку, пытаясь удержаться в вертикальном положении. Она задёргалась, отчего я растеряла равновесие, поэтому даже мои вампирские рефлексы были не в состоянии удержать меня от падения. Я перевернулась в последний момент, всё же падая на землю, но не лицом вниз.

Я желала Глава тридцать четвёртая вскочить на ноги, но не смогла. Необыкновенная медлительность в руках и ногах и продолжающийся огнь в груди, дали подсказку мне, что в меня стреляли не обыкновенными пулями. Серебряными.
У меня была толика секунды, чтоб узреть склонившегося нужно мной седовласого человека в чёрной монашеской одежке, развевающейся на ветру, и даже очень Глава тридцать четвёртая вещественную руку, направляющую на меня пистолет. Позже я услышала ещё один выстрел, ощутила, как моё сознание взрывается от боли, но больше не лицезрела уже ничего.

Глава 30 шестая

Голова пульсировала так, как будто кто-то пихнул фейерверки в мой мозг и поджёг их. Это было первым, что я поняла Глава тридцать четвёртая. Вторым стало жжение в груди, такое сильное, что по всему телу расползалась болезненная пульсация. Третьим я ощутила, что мои руки и ноги прочно и высоко связаны у меня за спиной. Четвёртым стало самое тревожное понимание из всех: я была влажной, но не от воды. Резкий запах бензина заполнил Глава тридцать четвёртая мои ноздри, так что и не надо было вдыхать.

- Сожги её. Сожги её на данный момент, пока она не очнулась! – уверял знакомый глас.

Сара. Необходимо было уничтожить её, когда был шанс.

Не плохая мысля приходит после.

Я открыла глаза. Крамер стоял в нескольких футах от меня в центре расчищенного Глава тридцать четвёртая в виде треугольника места среди больших стеблей кукурузы. Сара стояла в стороне, но Лиза и Франсина создавали два других угла треугольника. Они, как и я, были прикованы к высочайшим железным столбам, врытым в землю. В рот им впихнули кляпы, а смотрящие на меня глаза были расширены от кошмара. В отличие от Глава тридцать четвёртая меня, все же, ни у какой-то из них не торчал из груди большой серебряный кинжал. Лезвие, казалось, испускало непрекращающийся поток кислоты, обжигающий мои нервные окончания и иссушающий мою силу. Но, хоть кинжал и находился близко к центру моей груди, он не вонзился в сердечко. Или Крамер специально Глава тридцать четвёртая промахнулся, так как не желал рисковать подарить мне лёгкую погибель, или его глазомер был не таким неплохим, как он возлагал надежды.
Крамер вынул огромную книжку в кожаном переплёте из складок собственной новейшей чёрной туники с капюшоном. Наверняка, его уже тошнило от той старенькой грязной, в какой он застрял, пока Глава тридцать четвёртая находился в парообразном состоянии. Его пристальный взор, казалось, замерцал со злостным триумфом, когда он открыл книжку и начал читать вслух.

- Я, Хенрикус Крамер Инститорис, арбитр, назначенный от лица веры, провозглашаю и объявляю приговор, что вы, стоящие тут, являетесь застарелыми еретиками, и в связи с этим предаётесь правосудию, - прочел он Глава тридцать четвёртая нараспев, и хотя уникальная версия «Молота Ведьм» была на латыни, он произнёс это на британском языке, чтоб мы уж точно сообразили.

У меня кляпа не было, возможно, так как Крамер знал, что я не стану звать на помощь, но это совсем не означало, что я собиралась молчать.

- Я уже читала Глава тридцать четвёртая это, ты знаешь. Твоя проза кислая и нудная, а злоупотребление большими знаками для драматического акцента в наилучшем случае можно именовать незрелым. О чёрт, хорошо, я просто скажу это — книга отстой. Логично, что для тебя пришлось подделывать для неё одобрения.
Сейчас его взор сверкал яростью. Он захлопнул книжку и подошёл Глава тридцать четвёртая ко мне. Писатели такие чувствительные, когда слышат критику.

- Хочешь умереть на данный момент, Хекс ? - прошипел он мне. Потом он наклонился, поднимая что-то, что я не лицезрела со собственного места. Когда он выпрямился, в руке у него был фонарь: золотисто-оранжевое пламя голубило окружающее его стекло, как будто моля Глава тридцать четвёртая о свободе.

Я поглядела через его плечо на Сару, которую чуть не трясло от волнующей перспективы, что он подожжёт меня.

- Она, может, и не в курсе, каковой твой заведённый порядок, но я то знаю, - тихо произнесла я. - Поставь фонарь. Ты пока не станешь меня спаливать, и мы оба Глава тридцать четвёртая это осознаем.

- О чём она гласит? - востребовала Сара, прихрамывая поближе к нам.

Его белоснежные брови сошлись в одну линию, и я позволила малеханькой улыбочке заиграть на моих губках.

- Страшно начальственная с тобой, да? С другой стороны это имеет смысл. На ней брюки, а ты в платьице.

Его кулак Глава тридцать четвёртая взметнулся ввысь, но удар предназначался не мне. Он поразил Сару как раз тогда, когда она облокотилась на Крамера, чтоб не свалиться. Она отлетела вспять, кровь струёй потекла у неё из носа. Сейчас, когда она исчерпала свою полезность, он больше не скрывал свои намерения к ней.
- За что? – выдохнула она.
Боль и Глава тридцать четвёртая замешательство ясно читались на её лице, но мне опоздало пришло в голову, что я не слышу их в её идей. То же самое с Лизой и Франсиной. Они должны были на уровне мыслей орать от паники, но всё, что я улавливала от их – грохочущее сердцебиение и нередкое затруднённое Глава тридцать четвёртая дыхание через кляпы.
Серебряная пуля, которую Крамер загнал мне в голову, не только лишь вырубила меня на достаточное время, чтоб связать меня и облить бензином. Она ещё и замкнула мои телепатические возможности. Ещё патрон либо два, и я была бы мертва, но, конечно, Крамер пока не желал меня убивать. Если поглядеть Глава тридцать четвёртая с положительной стороны, так мне было легче концентрироваться без их полных кошмара мыслей.

- Ни слова больше, хуре , - прорычал Крамер Саре.

- Это означает «потаскуха», - дала подсказку я. - Так он лицезреет всех дам. Привыкай слышать это остальную часть собственной недлинной жизни.

За это я заработала удар тыльной стороной ладошки Глава тридцать четвёртая по челюсти, но по сопоставлению с чувствами, когда в тебя стреляют либо протыкают, это был любящий шлепок.

- Полегче толкай, ты же не хочешь, чтоб серебро изрезало моё сердечко, покончив с твоей забавой очень стремительно, - поддразнила его я.

Он поглядел на кинжал в моей груди и опустил собственный сжатый кулак Глава тридцать четвёртая. Я не дёрнула ни мускулом, но на уровне мыслей приподняла брови. Мой блеф сработал. Так ты не знаешь, что проткнул меня около сердца, но не пронзил его. Отлично.

Слёзы покатились по щекам Сары: или от боли в сломанном носу либо от понимания, что Крамер оказался таким, как я её и остерегала Глава тридцать четвёртая. Но я не могла вызвать внутри себя жалость к ней. Она выстрелила в мою наилучшую подругу столько раз, что уверилась, что Дениз погибла. Если б не «один-на-миллиард» сверхъестественный статус Дениз, она бы и была мертва. Потом Сара похитила Франсину и Лизу и принесла их Глава тридцать четвёртая в качестве подарка этому монстру, полностью ждя узреть, как они сгорают живьем.
Нет, мне не было жалко, что она здесь вся в слезах нашла, что тоже окажется жертвой беспощадности Крамера. Когда он стукнул Сару в животик, заставляя её согнуться напополам и издать истязающий вопль, мне как и раньше не Глава тридцать четвёртая было жаль. Эта боль в тыщу раз слабее боли от огня, я знала это по опыту, и, рассматривая её злодеяния, она это заслужила.

Позже он опустил обутую ногу на её сломанную щиколотку. За новым задыхающимся кликом и непрекращающимся треском стеблей кукурузы вокруг нас я не слышала, что у неё сломались кости Глава тридцать четвёртая, но, вероятнее всего, так оно и было. Она свернулась в положение плода, рыдая и умоляя о милосердии, которое она никогда не найдёт от Экзекутора. После заключительного удара в грудную клеточку, Крамер возвратил своё внимание ко мне, оставляя Сару крючиться от боли на земле.

Я ничего не произнесла, когда он Глава тридцать четвёртая приблизился. В дополнение к книжке кое-где поближе к середине расчищенного места у него лежала сумка, и я представила разные орудия пыток, которые в ней могли храниться. Потому что Крамер оставил их там, на этот момент относительно меня у него были другие планы, и мне не надо Глава тридцать четвёртая было быть телепатом, чтоб додуматься, какие конкретно.

- Ты признаёшься в своём сговоре с Сатаной, Хекс ? – Эти слова были произнесены мягеньким, практически вкрадчивым тоном. - Если признаешься, я могу всё же сохранить твою жизнь.
Я фыркнула.

- Даже если б я не знала правду от Элизабет, ты разве пропустил ту часть, когда я произнесла Глава тридцать четвёртая, что прочла твою книжку ? Включая и тот раздел, где ты логически обосновываешь ересь заключённым о позволении им жить как часть сути неплохого Экзекутора.

Его кулак врезался в мою челюсть, от чего губа начала кровоточить до этого, чем успела зажить.

- Признайся и откажись от собственной преданности Величавому Алырю Глава тридцать четвёртая!

- Судя по тому, как удивлена была Сара, когда ты переключился на неё, скажу, что ярлычки для тебя тоже совершенно подходят, - отметила я.

Его брови сошлись совместно, и он придвинулся так близко со своим зловонным дыханием, что я несказанно возрадовалась, что мне не надо дышать.

- Ты подстрекаешь меня, как будто хочешь, чтоб Глава тридцать четвёртая я продолжил.

Я пожала плечами, как позволяли мои связанные руки. У меня был план, но я не собиралась посвящать в него Крамера. Не считая того, пока его внимание сосредоточено на мне, а не на Франсине и Лизе, я была готова вытерпеть все пытки, которым он мог меня подвергнуть.
Ну, в Глава тридцать четвёртая определённых рамках , исправилась я, когда он схватил центр моей рубахи и осторожно отодвинул материал в сторону от ручки кинжала. Он уже снял мой пиджак и что-то с ним сделал, оставляя меня в обычной чёрной застегивающейся на пуговицы блузе и джинсах. Как моя блуза освободилась от лезвия, он Глава тридцать четвёртая неестественно твёрдой цепкой рванул её края в различные стороны. Фонарь откинул мерцающий свет на его лицо, когда он уставился на мою грудь. Он нетерпеливо дёрнул за переднюю часть моего бюстгалтера там, где находилась застёжка.

Я готова была поставить своё обручальное кольцо с красноватым бриллиантом на то, что у этой свиньи Глава тридцать четвёртая, когда он был человеком, вставал только тогда, когда дамы были беспомощны и испуганы. Сейчас, когда он был призраком, обретшим плоть, у него, вероятнее всего, таковой трудности не было, но, судя по взору, которым он меня окинул, когда раскрыл мой лифчик, он желал, чтоб я съёжилась от стыда Глава тридцать четвёртая. Я этого не сделала; обнажена была только моя кожа, но конкретно его душа обнажалась этими действиями. Мне не было постыдно, когда Крамер грубо схватился за мои груди, избегая кинжала, торчащего меж ними. Я была разъярена. Я желала порвать его на части, а потом спалить каждую из их в пепел, но Глава тридцать четвёртая гнев был совершенно не тем, в чём я на данный момент нуждалась. Чтоб отправить мой сверхъестественный сигнал ЛоДжек*, мне необходимо было кое-что другое.

Было не тяжело вызвать внутри себя довольно чувства вины и сожаления, чтоб вынудить гортань сжаться, а слёзы подкатить к очам. Всё, что мне необходимо было Глава тридцать четвёртая сделать – вспомнить тот денек пару лет вспять, когда я поцеловала Кости, произнесла ему, что люблю его … а потом кинула, уехав, не оставив и следа. Тогда я задумывалась, что бросить его - единственный метод его защитить, и Дон сделал неплохую работу, скрывая меня больше четырёх длительных лет. Но всё это сделало Глава тридцать четвёртая нас обоих злосчастными, пока Кости, в конце концов, не нашёл меня.

Четыре года . Мы находились поврозь больше, чем вкупе, а всё поэтому, что я отступила, когда должна была стоять на своём. Может быть, Кости и простил меня за это, но я никогда не прощу себя. Воспоминание об одной Глава тридцать четвёртая ошибке, которую я желала бы поправить больше, чем какую-либо другую, принудило собравшуюся воду бросить мои глаза и покатиться вниз по щекам. Слёзы потекли резвее, капая вниз на руки Крамера. Он закончил сжимать мою грудь и с ожесточенным ублажение уставился на розовую воду.

- Выплачь больше собственных кровавых слёз, Хекс Глава тридцать четвёртая . Они только обосновывают твою связь с Дьяволом.

- Они обосновывают, что у вампиров в теле нет такового огромного количества воды, как у людей, кретин, - произнесла я, наслаждаясь гулкой пощёчиной, который он мне отдал, так как от этого из глаз хлынуло ещё больше таковой нужной мне воды.

Потом он пробежался своим неприятным Глава тридцать четвёртая ртом по моей коже, осторожно проделывая это около кинжала, оставляя своими сгнившими зубами бороздки в моей плоти. По мне проехалось омерзение, но я старалась игнорировать его, поворачивая свои мысли от гадливости и сожаления к тихому белоснежному небытию, которое в последний раз ощущала, когда подключилась к силе могилы. Она Глава тридцать четвёртая не покоилась сходу у поверхности, как это бывало до этого. Мне пришлось находить её. Боль от лезвия и Крамер, лапающий моё тело всё ниже, мешали концентрироваться, но я постаралась оттолкнуть эти чувства в сторону. Я должна была отыскать эту слабенькую искорку в себе. Большая часть моей силы ушла, но Глава тридцать четвёртая не вся. Она должна была быть кое-где снутри меня …

Прохладная, успокаивающая неподвижность, казалось, скользнула по пульсации от серебра и мучений от сожалений, облегчая и то, и другое единственной лаской. Невзирая на слёзы, всё ещё сочащиеся из моих глаз, я улыбнулась. Всё верно . Вызов этой силы означал, что Глава тридцать четвёртая необходимо отпускать, а не хвататься за чувственные либо физические мучения. Я сконцентрировалась на блаженной пустоте, на которую намекнула мимолетная ласка, и в конце концов, отыскала оставшиеся угольки, которые находила. Это было только крохотное пятнышко по сопоставлению с тем, чем оно было несколько месяцев вспять, но даже так оно как и раньше Глава тридцать четвёртая резонировало. Боже, я и забыла, какой прелестной была эта тихая пучина! Это как возвратиться домой. Сейчас слёзы, текущие по моим щекам, были полны непередаваемого покоя. Если эта сила проистекала от прикосновения к границам вечности, погибели вправду не стоило страшиться.
Крамер отодвинулся, глядя на меня со консистенцией дегенеративности и Глава тридцать четвёртая замешательства.

- Почему ты не просишь меня тормознуть? Почему ты молчишь?

Я растянула себя из чарующего объятия могилы так, чтоб как и раньше держаться за силу, да и сосредоточиться на нём.


glava-tretya-k-prekrasnoj-skale-navstrechu-tme.html
glava-tretya-klubnogo-lektoriya-istoki-civilizacij.html
glava-tretya-kolichestvennoe-otnoshenie.html