Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров

^ Глава 40 шестая Неспокойная жизнь

Путешествие пришло к концу. За два месяца мы побывали в 20 5 штатах и в нескольких сотках городов, мы дышали сухим воздухом пустынь и прерий, перевалили через Скалистые горы, лицезрели краснокожих, дискутировали с Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров юными безработными, старенькыми капиталистами, конструктивными интеллигентами, революционными рабочими, поэтами, писателями, инженерами. Мы осматривали фабрики и парки, восторгались дорогами и мостами, подымались на Сьерра Неваду и спускались в Карлсбадские пещеры. Мы Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров проехали 10 тыщ миль.

И в течение всего пути нас не покидала идея о Русском Союзе.

На огромном расстоянии, отделяющем нас от русской земли, мы представляли ее для себя с особой четкостью Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Нужно узреть капиталистический мир, чтоб по новому оценить мир социализма. Все плюсы социалистического устройства нашей жизни, которые от каждодневного соприкосновения с ними человек перестает замечать, на расстоянии кажутся в особенности значительными. Мы сообразили настроение Максима Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров Горьковатого, который, приехав в Альянс после длительных лет жизни за границей, безустанно, изо денька в денек, повторял одно и то же: «Замечательное дело вы делаете, товарищи! Огромное дело!»

Мы Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров всегда гласили о Русском Союзе, проводили параллели, делали сопоставления. Мы увидели, что русские люди, которых мы нередко встречали в Америке, одержимы теми же эмоциями. Не было разговора, который в конце концов не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров свелся бы к упоминанию о Союзе: «А у нас то то», «А у нас так то», «Хорошо бы это ввести у нас», «Это у нас делают лучше», «Этого мы еще не умеем Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров», «Это мы уже освоили». Русские люди за границей — не просто путники, командированные инженеры либо дипломаты. Все это влюбленные, оторванные от предмета собственной любви и ежеминутно о нем вспоминающие. Это особый патриотизм, который не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров может быть понятен, скажем, янки. По всей вероятности, янки — неплохой патриот. И если его спросить, он от всей души произнесет, что любит свою страну, но при всем этом выяснится, что он не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров любит Моргана, не знает и не желает знать фамилии людей, спроектировавших висящие мосты в Сан Франциско, не интересуется тем, почему в Америке с каждым годом усиливается засуха, кто и для чего Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров выстроил Боулдер дам, почему в Южных штатах линчуют негров и почему он должен есть охлажденное мясо. Он произнесет, что любит свою страну. Но ему глубоко безразличны вопросы сельского хозяйства, потому что он не сельский владелец Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, индустрии, потому что он не промышленник, денег, потому что он не финансист, искусства, потому что он не артист, и военные вопросы, потому что он не военный. Он — трудящийся человек, получает свои 30 баксов Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров в неделю и плевать желал на Вашингтон с его законами, на Чикаго с его бандитами и на Нью Йорк с его Уолл стритом. От собственной страны он просит только 1-го — бросить Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров его в покое и не мешать ему слушать радио и ходить в кино. Вот когда он сделается безработным, тогда — другое дело. Тогда он будет обо всем этом мыслить. Нет, он Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров не усвоит, что такое патриотизм русского человека, который любит не юридическую родину, дающую только права гражданства, а родину ощутимую, где ему принадлежат земля, фабрики, магазины, банки, дредноуты, аэропланы, театры и книжки, где он сам политик Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров и владелец всего.

Средний янки вытерпеть не может отвлеченных дискуссий и не касается дальних от него тем. Его интересует только то, что конкретно связано с его — домом, автомобилем либо наиблежайшими соседями Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Жизнью страны он интересуется один раз в четыре года — во время выборов нового президента.

Мы не утверждаем, что это отсутствие духовности есть органическое свойство южноамериканского народа. Ведь шли же когда то Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров северные армии освобождать негров от рабства! Такими сделал людей капитализм, и он всемерно поддерживает в их эту духовную вялость. Жутки злодеяния южноамериканского капитализма, с умопомрачительной ловкостью подсунувшего народу пошлейшее кино, радио и еженедельное Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров журнальное пойло и оставившего себе Толстого, Ван Гога и Эйнштейна, но глубоко флегмантичного к ним.

На свете, в сути, есть только одно великодушное рвение людского разума — одолеть духовную и вещественную бедность Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, сделать людей счастливыми. И те люди в Америке, которые поставили собственной целью этого достигнуть — передовые рабочие, конструктивные интеллигенты, — в наилучшем случае числятся небезопасными чудаками, а в худшем случае — неприятелями общества. Вышло так, что Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров даже косвенные бойцы за счастье человечества ученые, изобретатели, строители — в Америке не популярны. Они с их трудами, изобретениями и расчудесными постройками остаются в тени, вся слава достается боксерам, бандитам и Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров кинозвездам. А в народе, который лицезреет, что с повышением числа машин жизнь становится не лучше, а ужаснее, существует даже ненависть к техническому прогрессу. Есть люди, готовые разбить машины, подобно тонущему человеку, который Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров в отчаянном желании выбраться из воды хватает собственного спасателя за гортань и тащит его на дно.

Уже говорилось, что янки, невзирая на свою бизнес активность, натура пассивная. Какому нибудь Херсту либо голливудскому Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров дельцу удается привести добротных, добросовестных, работящих средних янки к духовному уровню дикаря. Но даже эти всесильные люди не в состоянии вырвать у народа идея об улучшении жизни. Такая идея в Америке очень Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров популярна. И вот огромные и мелкие Херсты уверяют собственных читателей, что америкосы — натуры особые, что «революция — это форма правления, вероятная только за границей». А избирателю напрашиваются политические идеи, уровень которых не превосходит уровня Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров средней голливудской картины. И такие идеи имеют колоссальный фуррор.

Все эти политические идеи, которые должны облагодетельствовать южноамериканский люд, непременно подаются в форме легкой арифметической задачки для учеников третьего класса. Для того чтоб Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров осознать идею, избирателю необходимо взять только листок бумаги, карандаш, сделать маленькое вычисление — и дело в шапке. Фактически, все это не идеи, а трюки, пригодные только для рекламы. И о их не стоило Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров бы упоминать, если б ими не были увлечены 10-ки миллионов янки.

Как спасти Америку и сделать лучше жизнь?

Хью Лонг рекомендует поделить богатства. На сцену выступают лист бумаги и карандаш. Избиратель, пыхтя Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, складывает, множит, вычитает и разделяет. Это жутко увлекательное занятие. Ну, и молодчага этот Хью Лонг! Каждый получит огромную сумму! Люди так увлечены этой исходной математикой, что совершенно не задумываются о том Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, как эти миллионы взять.

Как сделать лучше жизнь? Как спасти Америку?

Возникает новый гигант мысли, вроде Сократа либо Конфуция, доктор мистер Таунсенд. Идея, которая пришла в многодумную голову этого почетного деятеля медицины, где Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров нибудь в малеханькой европейской стране могла бы родиться исключительно в психиатрической поликлинике, в палате для тихих, обходительных и совсем безвыходных нездоровых. Но в Америке она имеет умопомрачающий фуррор. Здесь даже не нужно возиться Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров с вычитаниями и умножениями. Здесь уж совершенно просто. Каждый старик и любая старуха в Соединенных Штатах, достигшие шестидесяти лет, получат по двести баксов за месяц с обязательством эти баксы растрачивать Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Тогда механически возрастет торговля и механически пропадет безработица. Все происходит механически!

Мы лицезрели звуковую кинохронику собрания таунсендовского комитета под управлением самого мыслителя. Собрание началось с того, что мистер Таунсенд, тощий старик с весноватым лицом, в Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров очках и старомодном сюртуке, сделал маленькое сообщение о собственном плане.

— Леди и джентльмены, — начал он, откашлявшись, — я не спал многие ночи, пока придумывал собственный план.

Если б Марк Твен мог поглядеть Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров на этого весноватого старичка, такового методичного, осторожного и, возможно, богобоязненного! Можно не колебаться, что конкретно таковой старичок, придя из церковного мюзик холла сестры Макферсон, взвешивается сам и взвешивает свою семью Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, чтоб рассчитать, сколько пенни с живого веса он должен заплатить через посредство почетаемой сестры господу богу.

После мистера Таунсенда выступали наполнившие зал старики и старухи. Они выходили на сцену и задавали вопросы, на Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров которые мыслитель отвечал.

— Значит, выходит, я буду получать по двести баксов? — спрашивал старик.

— Да, если мой план пройдет, — твердо отвечал мыслитель.

— Каждый месяц?

— Каждый месяц.

— Ну, спасибо, — гласил старик

И высвобождал место Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров для. последующей за ним старухи.

— Скажите, мистер Таунсенд, — спрашивала она, волнуясь, — нас здесь два старика — я и мой супруг. Неуж-то мы оба будем получать по двести баксов?

— Да, оба, — принципиально отвечал мыслитель Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров.

— Значит, всего четыреста баксов?

— Совершенно правильно, четыреста баксов

— Я еще получаю семнадцать баксов пенсии. У меня ее не отнимут?

— Нет, вы будете получать и пенсию.

Старуха низковато кланялась и уходила.

Когда мы уезжали Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров из Америки, количество почитателей Таунсенда росло с пугающей быстротой. Уже ни один политический деятель не осмеливался намедни выборов выступить против превосходного доктора.

Но южноамериканские капиталисты понимают, что кинокартин, радиопередач, рассказов в Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров еженедельниках, плакатов о революции, «которой в Америке не может быть», церкви и арифметических планов возможно окажется недостаточно. И уже вырастают «американские легионы» и «лиги свобод», понемногу воспитываются фашистские кадры, чтоб в подходящий момент перевоплотиться в Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров самых реальных штурмовиков, которым будет приказано задушить революционное движение силой.

Америка богата. И не просто богата. Она богата феноменально. У нее все есть — нефть, хлеб, уголь, золото, хлопок — все, что только может Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров лежать под землей и расти на земле. У нее есть люди — красивые работники, способные, осторожные, исполнительные, добросовестные, трудолюбивые. К собственному обогащению Америка шла резвыми шагами. Страна припоминает человека, делающего Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров быструю карьеру, который сначала ведет торговлю с лотка подтяжками на Ист Сайде, позже открывает магазин готового платьица и переезжает в Бруклин. Позже открывает универсальный магазин, начинает играть на бирже и переезжает в Бронкс. И Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, в конце концов, покупает металлическую дорогу, сотку пароходов, две кинофабрики, строит небоскреб, открывает банк, вступает в гольф клуб и переезжает на Парк авеню. Он миллиардер. Всю жизнь он стремился к этой цели Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Он вел торговлю чем придется и как придется. Он разорял людей, спекулировал, утром до вечера посиживал на бирже, он трудился по шестнадцать часов в денек, он делал средства. С идеей Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров о деньгах он пробуждался. С этой же идеей он засыпал. И вот он страшенно богат. Сейчас он может отдохнуть. У него есть виллы у океана, у него есть яхты и замки. Но он Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров заболевает неизлечимой заболеванием. Он погибает, и никакие млрд не могут его спасти. Стимулом американской жизни были и остались средства. Современная южноамериканская техника выросла и развилась для того, чтоб быстрей можно было делать Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров средства. Все, что приносит средства, развивалось, а все, что средств не приносит, вырождалось и чахло. Газовые, электронные, строй и авто компании в погоне за средствами сделали очень высочайший уровень жизни. Америка поднялась до Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров высочайшей степени благосостояния, оставив Европу далековато сзади себя. И вот тут то выяснилось, что она серьезно и тяжело больна. И страна пришла к полному абсурду. Она в состоянии на данный момент, сейчас Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров прокормить млрд людей, а не может прокормить свои 100 20 миллионов. Она имеет все, чтоб сделать людям размеренную жизнь, а устроилась так, что все население находится в состоянии беспокойства: безработный опасается, что Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров никогда уже не отыщет работы, работающий опасается свою работу утратить, крестьянин опасается неурожая, так как цены возрастут и ему придется брать хлеб по дорогой стоимости, он же опасается урожая, так как цены Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров свалятся и хлеб придется продавать за гроши, богачи страшатся, что их деток украдут бандиты, бандиты страшатся, что их посадят на электронный стул, негры страшатся суда Линча, политические деятели страшатся выборов, человек среднего достатка опасается захворать Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, так как доктора заберут у него все его состояние, негоциант опасается, что придут ракетиры и станут стрелять в прилавок из пулемета.

В базе жизни Русского Союза лежит коммунистическая мысль. У нас Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров есть четкая цель, к которой страна идет. Вот почему мы, люди, по сопоставлению с Америкой, покуда среднего достатка, уже на данный момент еще спокойнее и счастливее, чем она — страна Моргана и Форда, 20 5 миллионов Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров автомобилей, полутора миллионов км безупречных дорог, страна прохладной и жаркой воды, ванных комнат и сервиса девиз о технике, которая решает все, был дан Сталиным после того, как одолела мысль. Вот почему Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров техника не кажется нам вышедшим из бутылочки злым духом, которого в эту бутылочку никак нельзя загнать назад. Напротив мы желаем догнать техно Америку и перегнать ее.

Америка не знает, что будет с Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров ней завтра Мы знаем и можем с известной точностью поведать, что будет с нами через 50 лет.

И все таки мы можем очень многому научиться у Америки. Мы это делаем, но уроки, которые мы Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров берем у Америки, эпизодичны и очень специальны.

Мы первым долгом должны изучить Америку, изучить не только лишь ее авто, турбогенераторы и радиоаппараты (это мы делаем), да и самые приемы работы американских Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров рабочих, инженеров, деловых людей, в особенности деловых людей, так как если наши стахановцы перекрывают нормы американских рабочих, а инженеры нередко не уступают южноамериканским (об этом мы слышали от самих янки), то многие наши Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров деловые люди либо хозяйственники существенно отстали еще от американских деловых людей в точности и аккуратности работы.

Мы не будем на данный момент гласить о плюсах наших хозяйственников, об их Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров идейности, работоспособности. Это плюсы коммунистической партии, их воспитавшей. Не будем мы гласить и о недочетах американских деловых людей — об их безыдейности, жадности, беспринципности. Это недочеты воспитавшего их капитализма. Для нас еще важнее на данный Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров момент исследование их плюсов и наших недочетов, так как нам нужно у их обучаться. У их должны обучаться не только лишь инженеры, да и хозяйственники — наши деловые люди.

У южноамериканского Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров делового человека есть время для делового разговора. Янки посиживает в собственном кабинете, сняв пиджак, и работает. Работает тихо, неприметно, бесшумно. Он никуда не опаздывает, никуда не спешит. Телефон у него один. Его никогда никто не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров дожидается в приемной, так как «аппойнтмент» (свидание) назначается обычно с абсолютной точностью и на разговор не уходит ни одной излишней минутки. Занимается он только делом, только делом. Когда он заседает — непонятно. По Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров всей вероятности, заседает он очень изредка.

Если янки произнес в общении, даже мимолетно: «Я это сделаю», ему ни о чем же не нужно будет припоминать. Все будет изготовлено. Уменье держать Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров слово, держать прочно, точно, разорваться, но сдержать слово, — вот самое принципиальное, чему нужно обучаться у американских деловых людей.

Мы писали об американской демократии, которая на самом деле не дает человеку никаких свобод и Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров только маскирует эксплуатацию человека человеком. Но в американской жизни есть явление, которое должно заинтриговать нас неменьше, чем новенькая модель какой нибудь машины. Явление это — демократизм в отношениях меж людьми. Хотя этот демократизм Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров также прикрывает соц неравенство и является чисто наружной формой, но для нас, добившихся общественного равенства меж людьми, такие наружные формы демократизма только посодействуют оттенить справедливость нашей социальной системы. Наружные формы такового демократизма прекрасны Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Они очень помогают в работе, наносят удар бюрократизму и подымают достоинство человека.

Русский Альянс и Соединенные Штаты — данная тема неохватна. Наши записи — всего только итог дорожных наблюдений. Нам просто Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров хотелось бы усилить в русском обществе энтузиазм к Америке, к исследованию этой величавой страны.

Мы выехали из Вашингтона в Нью Йорк. Еще несколько часов — и поездка по американской земле окончится. В эти последние Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров часы мы задумывались об Америке. Кажется, в нашей книжке мы поведали все, что задумывались.

Америкосы очень сердятся на европейцев, которые приезжают в Америку, пользуются ее радушием, а позже ее ругают. Америкосы нередко Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров с раздражением гласили нам об этом. Но нам непонятна такая постановка вопроса — ругать либо хвалить. Америка — не премьера новейшей пьесы, а мы — не театральные критики. Мы переносили на бумагу свои воспоминания Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров об этой стране и наши мысли о ней.

Что можно сказать об Америке, которая сразу ужасает, восхищает, вызывает жалость и дает примеры, достойные подражания, о стране богатой, нищей, профессиональной и бесталантной?

Мы можем сказать честно Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, положа руку на сердечко: эту страну любопытно следить, но жить в ней не охото.

^ Глава 40 седьмая Прощай, Америка!

В Нью Йорке было свежо, дул ветер, светило солнце.

Умопомрачительно прекрасен Нью Йорк Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров! Но почему становится обидно в этом величавом городке? Дома так высоки, что солнечный свет лежит лишь на верхних этажах. И весь денек не покидает воспоминание, что солнце закатывается. Уже утром закат Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Наверное, от этого так обидно в Нью Йорке.

Мы опять возвратились в этот город, где живет два миллиона автомобилей и семь миллионов человек, которые им прислуживают. О, это замечательное зрелище, когда авто выходят Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров на прогулку в Сентрал парк! Нельзя отвертеться от мысли, что этот огромный парк, расположенный посредине Нью Йорка, устроен для того, чтоб авто могли подышать там свежайшим воздухом. В парке есть только авто дороги Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, пешеходам места оставили сильно мало. Нью Йорк захвачен в плен автомобилями и авто ведут себя в городке как истинные оккупанты, — убивают и калечат коренных обитателей, обращаются с ними строго, не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров дают пикнуть. Люди отрешаются от многого, только бы напоить собственных угнетателей бензином, утолить их нескончаемую жажду маслом и водой.

Не считая автомобилей, еще есть один страшный владык в Нью Йорке. Это грохот. Грохот выделывается Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров тут в огромном количестве. Под землей вопит собвей, над головой гремит надземная стальная дорога, сотки тыщ моторов сразу гудят на улицах, а к ночи, когда шум мало затихает, явственнее слышатся тревожные Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров и долгие сирены полицейских, пожарных и гангстерских автомобилей. Вой приближается, проносится мимо и теряется где то вдалеке. Кого то застрелили из ревности, кого то — из ненависти, кого то — просто не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров поделив добычи. А может быть, кто нибудь повесился, отравился, прострелил для себя сердечко, не вынеся жизни в городке автомобилей, грохота и мигрени.

«Бромо зельцер» — напиток против мигрени — продается везде, вровень с апельсинным соком, кофе Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров и лимонадом. Скоро «бромо зельцер» будут ставить в меню. Обед будет смотреться так: на 1-ое — «бромо зельцер», на 2-ое — «чили», мексиканский суп, на третье — рыба «соль», а на сладкое — снова «бромо зельцер Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров». И если в одном Нью Йорке телефонов больше, чем во всей Великобритании, то, непременно, в этом же одном Нью Йорке за денек потребляют порошков от мигрени больше, чем в Великобритании за полгода. В Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров более тихих районах Нью Йорка квартиры стоят дороже не поэтому, что они лучше, а поэтому, что тут меньше шума. В Нью Йорке ведут торговлю тишью, и этот продукт стоит недешево. Это Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров что то вроде британского костюмчика. Недешево — зато отлично.

В Нью Йорке нельзя расстаться с чувством волнения. По самой оживленной улице проезжает вдруг банковский броневик, выкрашенный в ярко красный цвет. Пулеметы Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров броневика ориентированы прямо на массу юных людей в светлых шапках, которые ходят с сигарами в зубах. Так в Нью Йорке перевозят средства. Везти их можно исключительно в броневике, по другому расхватают эти самые юные Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров люди в светлых шапках. Что то очень уж подозрительно и грозно они усмехаются, засунув руки в кармашки собственных узких пальто!

Некоторое количество дней мы прощались с нью йоркскими друзьями, улицами Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров и небоскребами.

В денек отъезда мы пришли на Сентрал парк вест и поднялись в квартиру мистера Адамса. Дверь нам открыла негритянка, показав такие зияющие африканские зубы, что в фронтальной стало светло.

В столовой мы Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров узрели мистера Адамса, который прижимал к собственной груди небольшую беби. Рядом стояла миссис Адамс и гласила:

— Ты уже держал беби 5 минут. Сейчас моя очередь.

— Но, но, Бекки, — отвечал мистер Адамс, — не гласи так Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Мне больно слушать, когда ты так говоришь.

На столе и на полу валялись распакованные посылки. Посреди веревочек и оберточной бумаги лежали самые различные вещи: старенькый плед, бинокль, воротничок, несколько ключей Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров с большенными гостиничными бляхами и еще всякая всячина.

— Вот, вот, сэры, — произнес мистер Адамс, жарко пожимая нам руки, — мои вещи понемножку начинают стекаться ко мне. Остается разослать ключи по гостиницам — и все будет в Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров порядке. Только шапки нет.

— Все таки было бы лучше получить ее в Вашингтоне, — поучительно произнесла миссис Адамс, ловко выхватив из рук супруга девченку.

— Но, но, Бекки, — застонал Адамс, — ты не должна поступать Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров так. Мы же дали на вашингтонский почтамт распоряжение прислать шапку сюда. Отпусти беби, ты очень длительно держишь ее на руках. Ребенку это вредоносно. Дай ему побегать по комнате.

Но не успела Бекки Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров спустить девченку на пол, как мистер Адамс с кликом: «Нет, нет, серьезно!» — схватил беби и придавил ее к груди

Раздался звонок, и в комнату вошел почтальон с посылкой.

— На сей раз Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров это она! — кликнул Адамс.

Да, это была она. Мистер Адамс с торжеством извлек из ящика свою старенькую возлюбленную шапку и на данный момент же надел ее на голову.

— Идем! — заорал он гулким Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров голосом. — Вы сейчас уезжаете, сэры, а до сего времени еще не подымались на верхушку «Импайр Стейт Билдинг». Было бы тупо этого не сделать. Да, да, сэры, если вы желаете знать, что Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров такое Америка, вы должны подняться на «Импайр».

Когда беби увидела, что ее родителей опять уводят незнакомые джентльмены, которые уже утащили их в один прекрасный момент на два месяца, она заревела. Она топала ножками Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров и орала, заливаясь слезами: «No more trips!» — «Не нужно больше путешествий!»

Предки клялись беби, что уходят лишь на 5 минут, но она с плачем говорила, что «в тот раз они тоже гласили, что уходят Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров лишь на 5 минут, и не ворачивались очень долго».

Спускаясь в лифте, мы еще слышали плач малыша. У папа энд мать был сконфуженный вид, но неистребимое любопытство сияло в их очах.

— В Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров шестнадцатый раз подняться на «Импайр», — бурчал мистер Адамс, — это очень, очень любопытно, сэры!

В последний раз мы проехали на империале автобуса по Пятой авеню. Манекены с розовыми ушами смотрели на нас из витрин Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Меж автомобилями пробирались три цирковых слона, приглашая нью йоркцев посетить вечернее представление.

Жизнь шла своим чередом.

Мы поднялись на крышу «Импайр Стейт Билдинг».

Сколько раз, проходя мимо него, мы не Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров могли удержаться от вздохов и бормотанья: «Ах, черт! Ну, ну! Ox, здорово!», либо еще чего нибудь в этом роде. И поднялись на него только за два часа до отъезда из Америки.

1-ый Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров лифт поднял нас сходу на восемьдесят 6-ой этаж.

Подъем длится всего только одну минутку. Очевидно, тут не было видно ни этажей, ни площадок. Мы мчались в металлической трубе, и только уши, вроде Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров бы наполнившиеся водой, и какой то странноватый холодок в области животика давали осознать, что мы поднимаемся с необыкновенной быстротой. Лифт не лязгал и не стучал. Он двигался быстро, плавненько и бесшумно. Только Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров вспыхивали крошечные лампочки у двери, отсчитывая 10-ки этажей. На площадку восемьдесят шестого этажа мы ступили незначительно ослабевшими ногами.

2-ой лифт доставил пассажиров на крышу строения, и через огромные стекла галереи мы узрели Нью Йорк Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров. Вчера шел снег. На улицах он уже растаял, но на плоских крышах небоскребов еще лежал незапятнанными, нежными белоснежными квадратами. Горный воздух на верхушках небоскребов не давал снегу таять.

Неописуемый город Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров, оперенный гребенкой молов, лежал понизу. Сероватый зимний воздух немного золотился от солнца. По черным узким улицам сигали крошечные авто и поезда надземных дорог. Городской шум доносился сюда слабо, не было слышно даже воя Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров полицейских сирен. Кругом гордо подымались из полуденного сумрака нью йоркских улиц небоскребы, зияющие бессчетными стеклами. Они стояли, как охраны городка, вооруженные сверкающей сталью. У мола компании «Кюнард Уайт Стар» показывался пароход Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров с 3-мя трубами. Трубы были желтоватые с темными колечками. Это был «Маджестик», 50 6 тыщ тонн стали, дерева, ковров и зеркал, — британский пароход, на котором мы сейчас должны были уехать. Но каким небольшим и немощным он казался Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров с крыши «Импайра»!

Через два часа мы были уже на пароходе. «Маджестик» шел в собственный последний рейс. После него этот еще совершенно юный пароход был должен пойти на слом. С Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров возникновением «Нормандии» и «Куин Мэри», новых колоссальных атлантических пароходов, «Маджестик» оказался очень умеренным и тихоходным, хотя он пересекает океан в красивое время — 6 дней.

Громадина «Маджестика» уже отделилась от стены мола, когда мы услышали Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров в последний раз:

— Гуд бай, мистеры! Да, да, да! О, но! Нет, серьезно! Я надеюсь, что вы сообразили, что такое Америка!

И над головами провожающих неистово заметались древняя верная шапка мистера Адамса Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров и платочек его супруги, мужественного драйвера, — которая два раза перевезла нас через весь континент, никогда не уставая, терпеливая, безупречная спутница в дороге.

Когда «Маджестик» проходил мимо Уолл стрита, уже стемнело и Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров в небоскребах зажегся свет. В окнах заблестело золото электричества, а может быть, и истинное золото. Это последнее, золотое видение Америки провожало нас до самого выхода в океан.

«Маджестик» набрал ходу, блеснул прощальный огонек Глава сорок шестая Беспокойная жизнь - Илья Ильф, Евгений Петров маяка, и через несколько часов никакого следа не осталось от Америки.

Прохладный январский ветер гнал крупную океанскую волну.



1Note1

Что ты сделала? (англ.)


2Note2

Я не желаю с тобой говорить! (англ.)




glava-tretya-novaya-lemuriya-aureliya-luiza-dzhouns-telos.html
glava-tretya-otnoshenie-normi-pribili-k-norme-pribavochnoj-stoimosti.html
glava-tretya-otnoshenie-normi-pribilik-norme-pribavochnoj-stoimosti-prodolzhenie-8.html